Авторами предлагается дополнить Общую часть Уголовного кодекса РФ статьей 42.1 «Исключение причастности», которая закрепляет новое обстоятельство, исключающее преступность деяния должностных лиц, осуществляющих служебные обязанности. Следует отметить, что последние изменения в главу 8 Уголовного кодекса РФ, содержащую обстоятельства, исключающие преступность деяния, внесены более 17 лет назад [1].

В целом в законодательстве Российской Федерации за этот отрезок времени произошли значительные перемены, в том числе в нормах, регламентирующих государственный контроль (надзор). Авторами поднимается проблематика наличия недостаточной уголовно-правовой защиты должностных лиц, добросовестно исполняющих свои обязанности.

Необходимость введения данной нормы является актуальной и обсуждается в кругах должностных лиц, осуществляющих различные виды государственного контроля (надзора) в Российской Федерации.

По мнению А. В. Савинского, несмотря на, казалось бы, четкое законодательное закрепление, институт обстоятельств, исключающих преступность деяния, вызывает оживленную научную полемику. В юридической литературе обосновывается идея о необходимости расширения законодательного перечня таких обстоятельств [2, с. 62].

Д. А. Кравцов в своей работе подчеркивает, что тенденция к расширению числа обстоятельств, исключающих преступность деяний, будет сохраняться, и в этом проявляется общая тенденция развития права в целом [3, с. 136].

Объектом исследования являются общественные отношения, связанные с осуществлением должностными лицами различных видов государственного контроля (надзора), предусмотренных в Российской Федерации, а также меры юридической ответственности должностных лиц. Основными методами данного исследования явились: изучение нормативно-правовой базы и научной литературы, методы эмпирического (сравнительно-правовой анализ) исследования, а также синтез, индукция и дедукция.

Одним из основных нормативно-правовых актов, регламентирующих государственный контроль (надзор), является Федеральный закон от 31.07.2020 № 248-ФЗ «О государственном контроле (надзоре) и муниципальном контроле в Российской Федерации» (далее – Федеральный закон № 248-ФЗ). Федеральный закон № 248-ФЗ регулирует отношения по организации и осуществлению государственного контроля (надзора), устанавливает гарантии защиты прав граждан и организаций как контролируемых лиц [4].

Положениями Федерального закона № 248-ФЗ регламентируется защита подконтрольных органам надзора категорий лиц, при этом защита контрольных (надзорных) органов Федеральным законом № 248-ФЗ не предусмотрена. Как правило, в Российской Федерации защитой обеспечиваются правоохранительные органы. Так, одним из видов государственного контроля (надзора) является федеральный государственный пожарный надзор.

С учетом имеющихся полномочий, а также в соответствии с разъяснениями Верховного Суда РФ, органы федерального государственного пожарного надзора относятся к правоохранительным органам [5]. В соответствии со Стратегией национальной безопасности РФ обеспечению государственной и общественной безопасности, направленных на усиление роли государства как гаранта безопасности личности и прав собственности, способствует повышение эффективности деятельности правоохранительных органов по защите основ конституционного строя Российской Федерации, прав и свобод человека и гражданина [6].

Защита должностных лиц, осуществляющих федеральный государственный пожарный надзор, как должностных лиц правоохранительных органов в отличие, например, от положений Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» (далее – Федеральный закон № 144-ФЗ) не обеспечивается [7].

Так, статьей 16 Федерального закона № 144-ФЗ установлено, что должностным лицам, осуществляющим оперативно-розыскную деятельность, гарантирована правовая и социальная защита. По мнению О. М. Овчинникова, полноценность правоохранительной деятельности оперативных подразделений государственных органов во многом определяется уровнем и степенью социально-правовой защиты их должностных лиц [8, с. 91]. Надзорные органы не являются исключением в данном аспекте. Кроме того, статья 38 Уголовного кодекса РФ обеспечивает защиту и исключает преступность деяния лиц, причинивших вред при задержании лица, совершившего преступление. Р. С. Хисматуллин в своей работе особо подчеркивает, что жизнь, здоровье и имущество судей, должностных лиц правоохранительных органов и близких им лиц не должны быть менее защищены государством, чем жизнь, здоровье и имущество иных участников дела [9, с. 38].

Государство гарантирует защиту некоторым категориям государственных органов, гражданам, организациям, но оставляет без внимания защиту специальных субъектов – должностных лиц, осуществляющих государственный контроль (надзор).

В настоящее время должностные лица контрольных (надзорных) органов находятся под пристальным вниманием уголовного законодательства, в особенности по происшествиям, имеющим широкий общественный резонанс, повлекшим гибель и (или) причинение вреда здоровью людей. По такого характера событиям, как правило, уголовные дела возбуждаются немедленно. Впоследствии, с учетом сложившейся следственной практики, несмотря на законность действий при осуществлении проверочных мероприятий, должностные лица, осуществлявшие контрольные (надзорные) функции на объекте, подлежат уголовному преследованию. Важно обратить внимание, что расследование и судебное рассмотрение таких уголовных дел длится долгое время, с отстранением должностных лиц от исполнения обязанностей.

Уголовному преследованию подвергается как собственник объекта защиты, который не выполнял предписываемые требования (правила), так и государственный инспектор, выдавший обязательный для исполнения документ по результатам проверочных мероприятий.

Сложившаяся следственная и судебная практика дает все основания полагать, что ситуация уголовного преследования должностных лиц контрольных (надзорных) органов в перспективе не изменится.

Как один из примеров приведем следующую ситуацию. 19.07.2022 в отношении Тигеева П. Л. Тюменский районный суд Тюменской области вынес обвинительный приговор по части 3 статьи 293 Уголовного кодекса РФ. Осуждая Тигеева П. Л. в халатности, суд установил, что он, являясь должностным лицом, привлеченным в качестве специалиста, обладая специальными познаниями в области противопожарного законодательства в совместной с представителем прокуратуры выездной проверке, инициированной органами прокуратуры, пансионата пожилых людей ненадлежащим образом исполнил свои обязанности вследствие недобросовестного отношения к службе и обязанностям по должности [10].

Очевидным обстоятельством является необходимость надежной уголовно-правовой защиты должностных лиц контрольных (надзорных) органов, деятельность которых направлена на обеспечение общественной безопасности населения.

В отличие от гражданского законодательства, ответственность за вред, причиненный актами правоохранительных органов и суда, в результате незаконного осуждения, привлечения к уголовной или административной ответственности в виде ареста, возмещается за счет казны Российской Федерации (ст. 1069, 1070 Гражданского кодекса РФ), то есть возлагается на государство [11]. При этом возмещение вреда осуществляется из бюджета независимо от вины должностных лиц соответствующих органов [12].

Институт возмещения вреда также развивается и в бюджетном законодательстве. Статья 242.2 Бюджетного кодекса РФ содержит положения об исполнении судебных актов по искам к Российской Федерации в результате незаконных действий (бездействий) государственных органов [13].

Из этого следует, что государством урегулированы вопросы, касающиеся правовой и финансовой защиты должностных лиц, но исключительно в рамках гражданско-правового поля.

На основании изложенного считаем целесообразным дополнить Общую часть Уголовного кодекса РФ нормой, представленной в следующей редакции:

«УК РФ. Статья 42.1. Исключение причастности

Предлагаемая авторами норма позволит расширить институт обстоятельств, исключающих преступность деяния, предоставив должностным лицам государственную уголовно-правовую защиту при осуществлении полномочий, благодаря которой уровень ответственности не снизится, а предоставленные полномочия будут реализовываться без давления со стороны карательных норм Уголовного кодекса РФ.

По мнению В. Ю. Ларина, действующее уголовное законодательство содержит пробел в виде отсутствия обстоятельства, исключающего преступность деяния, связанного с причинением вреда охраняемым уголовным законом отношениям при надлежащем исполнении профессиональных (должностных) обязанностей [14, с. 20].

Предлагаемая авторами статья направлена на совершенствование уголовного законодательства. Поддержка и принятие поправок в Уголовный кодекс РФ позволит обеспечить уголовно-правовую защищенность должностных лиц как специальных субъектов и их уверенность при исполнении государственных функций, направленных на достижение общественно значимых результатов, связанных с минимизацией риска безопасности, а также причинения вреда (ущерба) охраняемым законом ценностям.