В контексте личности преступника правоприменителя, мы можем отметить, исторически так сложилось, что юридическое образование стало краеугольным камнем для профессий, связанных с правоприменением, и на то есть свои причины. Правоприменение – это деятельность, которая напрямую связана с применением норм права; для того чтобы эффективно и справедливо применять закон, необходимо знать закон. Юридическое образование дает систематизированные и глубокие знания о законодательстве, принципах и способах толкования и применения норм права.

В криминологической науке широко известны общетеоретические работы по изучению отдельных аспектов преступности правоприменителей, наиболее известными являются исследования, проведенные А. Н. Варыгиным, Д. А. Рясовым, Ю. А. Аксеновым, С. А. Новоселовым, Е. А. Брайцевой, Н. М. Тагаевым и другими авторами. Комплексные исследования преступности правоприменителей не проводились, имеются лишь отдельные работы, отражающие отдельные аспекты этого вида преступности. Как справедливо отмечает доктор юридических наук, профессор А. Н. Варыгин, в занятие преступной деятельностью вовлекаются все новые и новые слои населения, представители различных сфер деятельности. В полной мере это коснулось и лиц, занимающихся предупреждением преступности [1]. Нельзя не согласиться также с мнением А. Н. Варыгина о том, что в стране сложился и динамично развивается новый вид преступности: преступность сотрудников органов внутренних дел [2].

В исследовании применяются общенаучные и частнонаучные методы, такие как: анализ, синтез, сравнение, классификация, историко-правовой, формально-логический, сравнительно-правовой, статистический. Эмпирическую базу исследования составили данные официальной статистики Судебного департамента при Верховном Суде Российской Федерации [3].

Преступность правоприменителей – это особая категория преступлений, совершаемых людьми, которые по роду своей деятельности призваны обеспечивать соблюдение и исполнение законов. К этой категории относятся сотрудники правоохранительных органов, судьи, прокуроры, адвокаты, нотариусы и другие представители правозащитных институтов. Подобные преступления могут принимать различные формы и иметь серьезные последствия для общества.

Преступность правоприменителей представляет собой сложное и многогранное явление, которое заслуживает самостоятельного изучения в контексте криминологических исследований. Данная тематика охватывает противоправные действия, совершаемые правоприменителями, то есть лицами, осуществляющими правоприменительную функцию. Такими лицами могут быть сотрудники правоохранительных органов (следователи, дознаватели, прокуроры, сотрудники Следственного комитета), представители судебной системы (судьи, работники суда), адвокаты и нотариусы, представители уголовно-исполнительной системы, федеральной службы судебных приставов и другие представители правозащитных институтов.

Актуальность изучения преступности правоприменителей обусловлена несколькими факторами. Одним из таких факторов является подрыв доверия общества к правоприменительной деятельности и субъектам правоприменения.

Преступность среди правоприменителей усложняет борьбу с преступностью в целом, так как такие лица имеют доступ к ресурсам и информации, могут скрывать свои действия и уклоняться от ответственности.

Как справедливо замечает Ю. А. Аксенов, в условиях развития Российского государства среди мер, направленных на борьбу с преступностью и укрепление законности, важное место занимает изучение и предупреждение общественно опасных деяний, связанных с совершением преступлений сотрудниками органов внутренних дел [4].

Среди факторов, способствующих преступному поведению правоприменителей, можно выделить культуру безнаказанности внутри структур (субъектов правоприменения), недостаток контроля и отчетности, отсутствие мотивации соблюдать закон, недостаточную профессиональную подготовку, отсутствие этических стандартов, стремление к обогащению любой ценой, стремление к достижению высоких статусных позиций в обществе, даже путем совершения преступления. А. В. Асадченко в одной из своих статей акцентирует внимание научной общественности на том, что, подвергая анализу личность сотрудника органов внутренних дел, совершающего коррупционные преступления, можно констатировать, что в настоящее время по сравнению с личностями других преступников-коррупционеров данный вопрос изучен поверхностно [5].

Преступность правоприменителей – социальное явление, новый, самостоятельный, имеющий ярко выраженную специфику, обусловленную личностью преступника, вид преступности, представляющий собой совокупность преступлений, совершенных адвокатами, нотариусами, судьями (работниками суда), прокурорами, следователями, а также иными сотрудниками правоохранительных органов в стране за определенный промежуток времени. Новизна данного вида преступности определяется его спецификой, обусловленной личностью преступника (субъект правоприменения).

Преступность правоприменителей, будучи значимой криминологической категорией, требует детального анализа и разработки комплексных подходов к решению проблемы. Противодействие данному феномену возможно через активное сотрудничество государственных органов и общества, направленных на защиту законности, прав и свобод граждан.

Феномен преступности правоприменителей представляет собой сложное явление, которое требует глубокого анализа. Одной из ключевых особенностей данного феномена является его природа: с одной стороны, некоторые субъекты правоприменения, такие как, например, сотрудники правоохранительных органов, судьи, наделены властными полномочиями для защиты закона и общественного порядка, а с другой – именно эти властные полномочия могут быть использованы в корыстных или преступных целях. Таким образом, парадоксально, но порой возникают ситуации, при которых те, кто призван бороться с преступностью и защищать законность, сами становятся ее частью, совершая преступления, что, в свою очередь, подрывает доверие граждан к государственным институтам.

Преступность среди правоприменителей не является новым явлением, но в нынешних условиях она приобретает новые формы и масштабы, что связано с усложнением общественных отношений, развитием технологий и глобализацией. Коррупция, злоупотребление служебным положением, сокрытие преступлений и даже участие в организованной преступности – все это становится частью современной реальности. Особую опасность (риск) представляет возможность сращивания криминальных структур с представителями правоохранительных органов. Е. А. Брайцева отмечает, что преступления, совершаемые следователями и дознавателями, вызывают обостренную реакцию населения и, даже независимо от степени их общественной опасности, относятся к категории крайне нетерпимых, особенно когда речь идет о преступлениях, связанных с использованием своего служебного положения [6].

Причины преступности среди правоприменителей носят как системный, так и индивидуальный характер (недостатки в организации работы правоохранительных органов, личностные факторы, такие как моральная деградация, стремление к обогащению или чувство безнаказанности). Также важным аспектом изучения преступности правоприменителей является насилие, проявляемое некоторыми из субъектов правоприменения в процессе исполнения своих служебных обязанностей. Как отмечает Р. Р. Гиззатуллин, одной из основных причин преступности среди сотрудников полиции считается явление профессиональной деформации, которое может подтолкнуть личность к совершению противоправных деяний [7].

В рамках криминологической науки преступность правоприменителей можно рассматривать через призму нескольких ключевых аспектов. Во-первых, это злоупотребление властью и служебным положением, когда представители правоохранительных органов превышают свои полномочия ради личной выгоды или иных корыстных целей. Во-вторых, это коррупционные практики, которые подтачивают основы правового государства и подрывают доверие общества к правосудию. Фактор коррупции среди правоприменителей вызывает особый интерес криминологов, так как он является системной проблемой. Коррупция имеет множество форм – от мелкого взяточничества до сложных мошеннических схем, что делает ее изучение особенно актуальным. Коррумпированные правоприменители, вовлеченные в незаконные действия, создают благоприятные условия для роста преступности в обществе, ослабляя действенность правового регулирования и препятствуя защите прав человека. Правоприменители зачастую совершают должностные преступления. Так, А. Л. Баландин под должностным преступлением понимает противоправное деяние, содержащее основные признаки криминального профессионализма, совершенное должностным лицом, наделенным определенным спектром полномочий, направленное против государственной власти, интересов государственной службы и службы в органах местного самоуправления [8].

Современные исследования в области криминологии уделяют значительное внимание разработке методов превенции и борьбы с преступностью правоприменителей. В первую очередь это касается внедрения антикоррупционных мер, развития культуры нулевой толерантности к коррупции, повышения уровня прозрачности и подотчетности органов власти. Кроме того, немаловажным фактором является образовательная и психологическая поддержка сотрудников правоохранительных органов, направленная на формирование устойчивости к криминальным проявлениям.

Борьба с преступностью среди правоприменителей требует комплексного подхода, включающего как ужесточение контроля и повышение ответственности, так и формирование новой этики служебного поведения. Кроме того, необходимо уделять внимание профилактике, включая образовательные программы, направленные на повышение правовой грамотности и укрепление моральных принципов среди субъектов правоприменительной деятельности. Только при условии системной работы на всех уровнях можно добиться снижения уровня преступности среди правоприменителей.

На основе проведенного анализа авторами сформулирована криминологическая дефиниция «преступность правоприменителей». Теоретическая значимость выводов заключается в развитии категориального аппарата криминологии, углублении учения о преступности правоприменителей. Выделение преступности правоприменителей в самостоятельный объект исследования позволяет более точно диагностировать угрозы правовой системе государства. Практическая ценность состоит в том, что полученные выводы могут быть использованы для разработки специализированных мер предупреждения, направленных на реформирование институциональных основ правоохранительной и судебной деятельности, внедрение эффективных механизмов внешнего гражданского контроля.

Таким образом, статья обосновывает, что преступность правоприменителей – это не просто совокупность преступлений должностных лиц, а качественно особый вид преступности, поражающий сами основы государства. Ее исследование требует формирования отдельного научного направления в рамках криминологии, ориентированного на анализ криминальных рисков, имманентных самой системе власти и правоприменения. Авторы определяют преступность правоприменителей как социальное явление, новый, самостоятельный, имеющий ярко выраженную специфику, обусловленную личностью преступника, вид преступности, представляющий собой совокупность преступлений, совершенных адвокатами, нотариусами, судьями (работниками суда), прокурорами, следователями, иными сотрудниками правоохранительных органов, а также представителями правозащитных институтов в стране за определенный промежуток времени.